Сквозь урман на полуночье след.
Из жутких топей бездонных исхода нет
В непроглядной мгле, наяву.
Здесь я бесследно исчезну - там оживу.
Умирал. На крыльях журавли
Снесли меня на старые погосты
За далью чуждой. На краю земли,
Над чернотопью ослепли звёзды.
Изгнившие пни позовут меня в молчании,
Холод и ночь назовут моё имя.
На одре трясин оборвётся дыхание,
Истлевшая плоть прорастёт корнями сырыми.
Из жутких топей бездонных исхода нет
В непроглядной мгле, наяву.
Здесь я бесследно исчезну - там оживу.
Умирал. На крыльях журавли
Снесли меня на старые погосты
За далью чуждой. На краю земли,
Над чернотопью ослепли звёзды.
Изгнившие пни позовут меня в молчании,
Холод и ночь назовут моё имя.
На одре трясин оборвётся дыхание,
Истлевшая плоть прорастёт корнями сырыми.