Возрадуйся в своём уродстве, Человек!
Я гнил тысячи лет под слоем ваших жалких бед,
Я ждал тысячи зим, когда ваш глупый род людской
Меня накормит страхом, болью, гневом и тоской.
Пусть вас всех теперь коснётся тьма!
Пусть легенды станут правдой.
И затхлый, грязный мир выгорит дотла,
Задыхаясь над своей отравой.
Ваш гаввах восполняет мои силы,
Растекается по венам здесь, на дне могилы.
Мой приказ поднимает всех чертей.
Они сынов Земли растопчут, как червей.
Как же славно ощутить себя живым опять,
Как же славно никогда не умирать!
Больше крови, больше скорби…
Воскрешение моё теперь так близко,
Треснула кора Земли, извергая столп огня.
Веришь в чудеса? – Начинай сейчас молиться!
В вашей полосе настала чёрная жизнь!
Как жар, гори в своём уродстве, Человек!
Я гнил тысячи лет под слоем ваших жалких бед.
Я ждал тысячи зим, когда ваш глупый род людской
Меня накормит страхом, болью, гневом и тоской.
Я гнил тысячи лет под слоем ваших жалких бед,
Я ждал тысячи зим, когда ваш глупый род людской
Меня накормит страхом, болью, гневом и тоской.
Пусть вас всех теперь коснётся тьма!
Пусть легенды станут правдой.
И затхлый, грязный мир выгорит дотла,
Задыхаясь над своей отравой.
Ваш гаввах восполняет мои силы,
Растекается по венам здесь, на дне могилы.
Мой приказ поднимает всех чертей.
Они сынов Земли растопчут, как червей.
Как же славно ощутить себя живым опять,
Как же славно никогда не умирать!
Больше крови, больше скорби…
Воскрешение моё теперь так близко,
Треснула кора Земли, извергая столп огня.
Веришь в чудеса? – Начинай сейчас молиться!
В вашей полосе настала чёрная жизнь!
Как жар, гори в своём уродстве, Человек!
Я гнил тысячи лет под слоем ваших жалких бед.
Я ждал тысячи зим, когда ваш глупый род людской
Меня накормит страхом, болью, гневом и тоской.