Врёшь, не возьмёшь! Я помню тебя, Барнаул!
Я помню твои вечера над великою Обью,
И женщин твоих и детей удивительных помню,
Со стержнем внутри, который весь мир не согнул.
Я помню волшебные песни таинственных птиц
И шёпот деревьев, склоненных под мудростью древней,
И утренний запах росы над отцовской деревней,
В которой я впитывал мёд с пожелтевших страниц.
В которой я понял, что значит любить свою мать,
В которой открылись мне тайные тропы Вселенной
И русского сердца терпение веры безмерной,
Которую этому миру уже не сломать.
Я помню, мой город, твои голубые снега
В серебряных струнах зелёного звёздного лета,
Звучат во мне эти гармонии Белого Света,
И я не забуду их, други мои, никогда.
Я помню твои вечера над великою Обью,
И женщин твоих и детей удивительных помню,
Со стержнем внутри, который весь мир не согнул.
Я помню волшебные песни таинственных птиц
И шёпот деревьев, склоненных под мудростью древней,
И утренний запах росы над отцовской деревней,
В которой я впитывал мёд с пожелтевших страниц.
В которой я понял, что значит любить свою мать,
В которой открылись мне тайные тропы Вселенной
И русского сердца терпение веры безмерной,
Которую этому миру уже не сломать.
Я помню, мой город, твои голубые снега
В серебряных струнах зелёного звёздного лета,
Звучат во мне эти гармонии Белого Света,
И я не забуду их, други мои, никогда.