Во мне кипит злость,
Но я душу её добром.
Страх - постоянный гость,
Но каждый шаг его облом.
Со мною спит боль,
А в моём сердце прощение
И опустошение порой.
Гармония здесь,
В две тысячи пятнадцатом
Выглядит, как жесть
И всё растёт её цена.
Сравни-ка, Вова,
С тем, сколько стоит любовь к родине
И что же мне выбрать, дорогой?
В сердце огонь, неуверенный взгляд. Суть в микрофон да на всю аппарат.
Здесь не спектакль и не карнавал. Тесно, не так ли? Но я. Не выбирал.
Хочешь, верь или нет. Для меня не игра ни один мой куплет. И пусть тот, кто захочет, пророчит провал.
Наша разница с ним только в том, что я не...
Я не выбирал.
Всё, вроде, просто,
Но что сложнее простоты?
Следы уродства
Так часто в форме красоты,
Что заставляет
Брести по еле заметной
И едва ли заветной колее
Но просыпаясь,
мать его, каждый божий день
Я рассыпаюсь
На сотни маленьких частей.
Так и не находя
Из тысяч Ваших ответов
Вариант, что лично мне.
Но я душу её добром.
Страх - постоянный гость,
Но каждый шаг его облом.
Со мною спит боль,
А в моём сердце прощение
И опустошение порой.
Гармония здесь,
В две тысячи пятнадцатом
Выглядит, как жесть
И всё растёт её цена.
Сравни-ка, Вова,
С тем, сколько стоит любовь к родине
И что же мне выбрать, дорогой?
В сердце огонь, неуверенный взгляд. Суть в микрофон да на всю аппарат.
Здесь не спектакль и не карнавал. Тесно, не так ли? Но я. Не выбирал.
Хочешь, верь или нет. Для меня не игра ни один мой куплет. И пусть тот, кто захочет, пророчит провал.
Наша разница с ним только в том, что я не...
Я не выбирал.
Всё, вроде, просто,
Но что сложнее простоты?
Следы уродства
Так часто в форме красоты,
Что заставляет
Брести по еле заметной
И едва ли заветной колее
Но просыпаясь,
мать его, каждый божий день
Я рассыпаюсь
На сотни маленьких частей.
Так и не находя
Из тысяч Ваших ответов
Вариант, что лично мне.