Рано умершему - гимны осенней прохлады
Эхом в ступенях Монашьей горы отзовется их звон
Рано умершему - звездного неба лампады
Призрачным светом они озаряют покойного сон
Рано умершего лик серебром в тени ветхого сада
Хочет уйти и все слушает шепот листвы и камней
Яркое детство осталось за кромкой железной ограды
Бледная старость грядет вереницей безрадостных дней
В скорбный час черный дрозд с песней явился ночной
Из теней дух его бренный возник предо мной
Душа пела о смерти, зелёном истленье плоти,
И была она шелестом леса, истовым плачем зверя.
Душа пела о смерти, растаяв в пурпуре солнца
И с сумеречных башен звонили синие колокола заката.
О, истлевший человек; остов из холодных металлов,
ночь и ужас подводных лесов, испепелённая ярость зверя;
Сквозь черный лес ступая
Сновидец низойдет в лощины мглу
Ладони простирая
ввысь
К звезде своей, к ее теплу
На глади вод блистая
Рекой безмолвной движим челн
За горизонт до края,
вниз
Плывет сновидец светом полн
в мерцании тихих волн
Вечер окрасит золотом сон
Мертвого в келью все чаще зову от тоски
Чтобы под вязами в тени раскидистых крон
Долго беседовать с ним у спокойной реки
Смерти самой вопреки!
Эхом в ступенях Монашьей горы отзовется их звон
Рано умершему - звездного неба лампады
Призрачным светом они озаряют покойного сон
Рано умершего лик серебром в тени ветхого сада
Хочет уйти и все слушает шепот листвы и камней
Яркое детство осталось за кромкой железной ограды
Бледная старость грядет вереницей безрадостных дней
В скорбный час черный дрозд с песней явился ночной
Из теней дух его бренный возник предо мной
Душа пела о смерти, зелёном истленье плоти,
И была она шелестом леса, истовым плачем зверя.
Душа пела о смерти, растаяв в пурпуре солнца
И с сумеречных башен звонили синие колокола заката.
О, истлевший человек; остов из холодных металлов,
ночь и ужас подводных лесов, испепелённая ярость зверя;
Сквозь черный лес ступая
Сновидец низойдет в лощины мглу
Ладони простирая
ввысь
К звезде своей, к ее теплу
На глади вод блистая
Рекой безмолвной движим челн
За горизонт до края,
вниз
Плывет сновидец светом полн
в мерцании тихих волн
Вечер окрасит золотом сон
Мертвого в келью все чаще зову от тоски
Чтобы под вязами в тени раскидистых крон
Долго беседовать с ним у спокойной реки
Смерти самой вопреки!