Похоже, что я живу во сне, который видел еще когда был подростком.
Спящий пьяный мозг воссоздает будущее, каким я его сочинил в 90-ых.
Работаю российским реп-исполнителем относительно популярным.
Кризис, скучные развраты в гримерке, «Столичная» — такой я создал реальность.
В моей жизни не больше творчества, чем в дне сотрудника администрации.
Перекладываю исписанные бумажки, коротаю время с беллетристикой на унитазе.
Обслуживаю низменные потребности — поход к зубному запланировал в пятницу.
Пекусь о своем туловище и о том, чтобы выложить новый трек, пока их интерес не угаснет.
Лет с 12-ти я смотрю на мир из своей головы как сквозь костер на субботники.
Не нашел тебя. Так и не проснулся, женился, пополнение на подходе.
Перебираю всех баб за которых зацепился взглядом, кого встретил за день.
Что-то от тебя было в каждой, но это не ты.
Игрушечны все событии и романы.
Очередная мутная война назревает — за занавесками какой-то волосатый пиздец.
Экономлю на продуктах. Войска выводят и вводят.
Каждая клетка тела стремится к тебе, хочет в тебя,
И снова я этот ребенок, пытающийся изобрести симулятор ебли.
Хаос обретет плоть и структуру.
Я открою тебя как страну на карте.
Ты укажешь мне, что есть что-то помимо выбора овощей и сериалов Луи Си Кея.
Ткнешь меня палочкой, зашевелится снова что-то живое во мне.
Ты будешь такой же, какой увиделась мне, когда я учился кататься на велосипеде.
Кусаю наволочку, чтобы не застонать и не разбудить жену и соседей.
Ты уже была рядом, когда я впервые открывал Стивена Кинга, или, например, Макса Фрая.
Когда я боялся ночью из комнаты за водой выйти — ты стояла в углу, наблюдая.
Переползал через дни, прогуливал ВГИК, вместо диплома писал «Детского психиатра».
Ты была близко, нужно было только открыть глаза и встретиться за пределами сна.
Я покроюсь пролежнями так и не узнав твоих рук.
Поочередно все части тела моего отомрут.
Быт затопит меня как подлодку в заливе, если не встречу тебя.
Ад — это вечно редактировать свои профайлы в социальных сетях.
Сперанский:
Я усну в пустом клубе так и не узнав твоих рук.
Поочередно все части тела моего отомрут.
Моя улица сменит название, затеряется профиль в социальных сетях.
Россия никогда не будет свободной, если я не встречу тебя.
В стране бесконечная поздняя осень.
Снега никогда не тают, мигалки не гаснут.
Моя работа — как ставка джедаев.
И нас раздавят челюсти власти инвесторов.
Мы не с вашей планеты.
Не прошли патриотический кастинг.
Ползли вверх цифры обменников.
Жирный еще кормил свою паству взятием Харькова.
Свое тело-суфле как Джабба Хатт.
Мы были пиратской командой на подбитом корабле и во все стороны шла пальба.
На будущее я не загадывал, казалось, мир развалиться как боинг из Малайзии.
Или нет, будет одна тоска — только снимут или расширят санкции.
И я бы тебя не узнал, если бы не потонула редакция.
Кажется, это ты была во всех детских снах, когда я просматривал жизнь, которую одновременно желал и боялся.
Ты была той девушкой, которую показывали по телеку со мной типа я репер.
Это для тебя я пил водку утром в школьных туалетах, чтобы стать смелым.
И не оставить о себе секретов. Я был задирой, который всегда огребал. Как-то целый день я проходил в блузке, которую одела на меня завуч.
На дискотеке я устраивал мош, на улице я получал по ебалу.
И полз к тебе через слюни и кровь, через станции и вокзалы.
Я был все еще девственником после первого секса и не мог уяснить его правила.
Катался на скейте, ломал себе кости, когда другие кувыркались на рампе.
Хочу рассказать тебе всю свою жизнь, перебрать все уязвимости.
Как будто истыканный ножами
Спящий пьяный мозг воссоздает будущее, каким я его сочинил в 90-ых.
Работаю российским реп-исполнителем относительно популярным.
Кризис, скучные развраты в гримерке, «Столичная» — такой я создал реальность.
В моей жизни не больше творчества, чем в дне сотрудника администрации.
Перекладываю исписанные бумажки, коротаю время с беллетристикой на унитазе.
Обслуживаю низменные потребности — поход к зубному запланировал в пятницу.
Пекусь о своем туловище и о том, чтобы выложить новый трек, пока их интерес не угаснет.
Лет с 12-ти я смотрю на мир из своей головы как сквозь костер на субботники.
Не нашел тебя. Так и не проснулся, женился, пополнение на подходе.
Перебираю всех баб за которых зацепился взглядом, кого встретил за день.
Что-то от тебя было в каждой, но это не ты.
Игрушечны все событии и романы.
Очередная мутная война назревает — за занавесками какой-то волосатый пиздец.
Экономлю на продуктах. Войска выводят и вводят.
Каждая клетка тела стремится к тебе, хочет в тебя,
И снова я этот ребенок, пытающийся изобрести симулятор ебли.
Хаос обретет плоть и структуру.
Я открою тебя как страну на карте.
Ты укажешь мне, что есть что-то помимо выбора овощей и сериалов Луи Си Кея.
Ткнешь меня палочкой, зашевелится снова что-то живое во мне.
Ты будешь такой же, какой увиделась мне, когда я учился кататься на велосипеде.
Кусаю наволочку, чтобы не застонать и не разбудить жену и соседей.
Ты уже была рядом, когда я впервые открывал Стивена Кинга, или, например, Макса Фрая.
Когда я боялся ночью из комнаты за водой выйти — ты стояла в углу, наблюдая.
Переползал через дни, прогуливал ВГИК, вместо диплома писал «Детского психиатра».
Ты была близко, нужно было только открыть глаза и встретиться за пределами сна.
Я покроюсь пролежнями так и не узнав твоих рук.
Поочередно все части тела моего отомрут.
Быт затопит меня как подлодку в заливе, если не встречу тебя.
Ад — это вечно редактировать свои профайлы в социальных сетях.
Сперанский:
Я усну в пустом клубе так и не узнав твоих рук.
Поочередно все части тела моего отомрут.
Моя улица сменит название, затеряется профиль в социальных сетях.
Россия никогда не будет свободной, если я не встречу тебя.
В стране бесконечная поздняя осень.
Снега никогда не тают, мигалки не гаснут.
Моя работа — как ставка джедаев.
И нас раздавят челюсти власти инвесторов.
Мы не с вашей планеты.
Не прошли патриотический кастинг.
Ползли вверх цифры обменников.
Жирный еще кормил свою паству взятием Харькова.
Свое тело-суфле как Джабба Хатт.
Мы были пиратской командой на подбитом корабле и во все стороны шла пальба.
На будущее я не загадывал, казалось, мир развалиться как боинг из Малайзии.
Или нет, будет одна тоска — только снимут или расширят санкции.
И я бы тебя не узнал, если бы не потонула редакция.
Кажется, это ты была во всех детских снах, когда я просматривал жизнь, которую одновременно желал и боялся.
Ты была той девушкой, которую показывали по телеку со мной типа я репер.
Это для тебя я пил водку утром в школьных туалетах, чтобы стать смелым.
И не оставить о себе секретов. Я был задирой, который всегда огребал. Как-то целый день я проходил в блузке, которую одела на меня завуч.
На дискотеке я устраивал мош, на улице я получал по ебалу.
И полз к тебе через слюни и кровь, через станции и вокзалы.
Я был все еще девственником после первого секса и не мог уяснить его правила.
Катался на скейте, ломал себе кости, когда другие кувыркались на рампе.
Хочу рассказать тебе всю свою жизнь, перебрать все уязвимости.
Как будто истыканный ножами