Среди черных камней
Огнем и временем истертых,
Забывшись в беспокойном сне,
Стоит огромный город мертвых.
Старейший памятник войне
Из дней давным-давно сочтенных.
Здесь победителей триумф
Смешался с горем побежденных.
Но загляни на дно: там, в глубине, ютятся, словно крысы
И пожирают изнутри, как организм смертельный вирус.
Пусть мир уже давно иной, лишь этот вид не изменился.
И грезят снова о своем спасителе, и он явился.
Я проведу вас через бесконечный мрак,
Я укажу вам путь и подам знак.
Сквозь пелену я протяну путеводную нить.
Спасения будет достоин любой.
Слушай мой голос и следуй за мной!
Вы заблудились во тьме, но вас можно спасти.
Я ваш проводник.
И один за одним, словно звенья цепи, подчиняясь неведомой воле,
Мы идем вслед за ним
К обетованной земле,
Где не будет ни страха, ни боли.
Вдоль иссохших морей и стеклянных пустынь, почерневших бетона и стали
Что оставили мы?
Изувеченный мир - дом который мы разрушили сами.
Скажи, есть ли хоть что-то там, впереди,
Кроме руин и безжалости ветра?
Осталось ли что-то на этой земле,
Что не смешали мы с пылью и пеплом?
Скажи,
Где же конец, завершение пути?
Здесь нет ничего, кроме мертвой земли.
И небеса - потускневшая медь.
Куда ты ведешь нас? Ответь!
Огнем и временем истертых,
Забывшись в беспокойном сне,
Стоит огромный город мертвых.
Старейший памятник войне
Из дней давным-давно сочтенных.
Здесь победителей триумф
Смешался с горем побежденных.
Но загляни на дно: там, в глубине, ютятся, словно крысы
И пожирают изнутри, как организм смертельный вирус.
Пусть мир уже давно иной, лишь этот вид не изменился.
И грезят снова о своем спасителе, и он явился.
Я проведу вас через бесконечный мрак,
Я укажу вам путь и подам знак.
Сквозь пелену я протяну путеводную нить.
Спасения будет достоин любой.
Слушай мой голос и следуй за мной!
Вы заблудились во тьме, но вас можно спасти.
Я ваш проводник.
И один за одним, словно звенья цепи, подчиняясь неведомой воле,
Мы идем вслед за ним
К обетованной земле,
Где не будет ни страха, ни боли.
Вдоль иссохших морей и стеклянных пустынь, почерневших бетона и стали
Что оставили мы?
Изувеченный мир - дом который мы разрушили сами.
Скажи, есть ли хоть что-то там, впереди,
Кроме руин и безжалости ветра?
Осталось ли что-то на этой земле,
Что не смешали мы с пылью и пеплом?
Скажи,
Где же конец, завершение пути?
Здесь нет ничего, кроме мертвой земли.
И небеса - потускневшая медь.
Куда ты ведешь нас? Ответь!